Ирина Шарипова

30.11.2010 00:00

В свои 43 года, с кучей болезней, неблагополучным мужем, собираясь в скором будущем стать бабушкой, терпя давление и насмешки со стороны общества, – она решилась родить!

Ирина Шарипова

С Ириной мы познакомились, когда она пришла к нам, в православную группу, работать няней. Энергичная, удивительно жизнелюбивая, она совершенно не походила на многочисленных нянечек, которые, проработав два-три месяца, исчезали с жалобами на скудный заработок. Она не жаловалась и осталась в группе, став ее неотъемлемой частью. Ирина – многодетная мама. Старшая дочь Вика – замужем, живет отдельно. Кирилл – второклассник, мамина опора. А недавно родилась Дашенька.

Ирина Шарипова с сыном

…Мы сидим в маленькой комнатке семейного общежития. На диване посапывает теплый комочек – Дашенька, которая пока не знает, что за ее право на жизнь мама скрестила мечи со всем обществом. Я смотрю на эту похудевшую и помолодевшую женщину и не вижу в ней надрыва и обреченности, которая свойственна тем, кто пребывает в тяжелой жизненной ситуации. Напротив, Ирина как будто светится изнутри и, похоже, счастлива. По обычным понятиям поверить в ее счастье сложно. Ирина как будто читает мои мысли.

- Когда я еще не знала, что беременна, мне приснился сон. Как будто я приехала в обитель к какому-то старцу: к нему стоит огромная очередь и я среди всех. И вот выходит старец, обходит всех людей, кому-то кратко дает наставление. Проходя мимо меня, останавливается и говорит: «А ты если сделаешь ЭТО, у твоей дочери никогда не будет детей!» Я в страхе проснулась и стала думать, чего же мне нельзя делать. Закрыла рот на «замочек», старалась ни слова лишнего не говорить, чтобы не осудить никого, а сама все думаю – то или не то. Страшно, если по моим грехам дочка будет страдать. Через какое-то время началось недомогание, я обратилась к врачу, та сказала, что это наверняка климакс. Но душа подсказывала, что это что-то другое. И, действительно, на УЗИ мне сообщили – одна неделя беременности! Тут меня мгновенно осенило – вот что имел в виду тот старец из сна. Конечно, у меня никаких сомнений и быть не могло – рожать или не рожать.

- А как отнесся муж к «непредвиденной» беременности?

- Он вообще никогда не хотел детей. Когда мы ждали среднего сына, он ушел из дому, вернулся, когда малышу было 4 месяца. Пил. Когда выпивал, становился жестоким, всякое бывало. Во время последней беременности перестал со мной разговаривать и давать деньги. Но я сразу ему сказала: «Хочешь идти прямой дорогой в ад – твоя воля, а я не пойду». Он переселился на кухню, до сей поры там и живет. Хотя когда я «округлела», немного смягчился, стал иногда приносить фрукты.

- Откуда у него такое странное отношение к своим детям?

- Мой муж не получил в детстве того, что нужно любому ребенку для нормального развития – любви. Мать его умерла при родах. Отец воспитывал, как умел: был груб, жесток, подавлял его. Так он и Кирилла часто оскорблял, тиранил, не принимал. Я кормила сына грудью до 4 лет, чтобы как-то компенсировать деспотизм мужа. Конечно, думать раньше надо было, когда выходила замуж. Он уже был разведен, я тоже, оставшись с маленькой дочкой на руках (от первого мужа Ирина ушла на большом сроке беременности, узнав, что у того есть другая женщина и тоже ждет от него ребенка – здесь и дальше прим. автора). Но теперь я понимаю, что мы спасаемся друг через друга. Я «благодаря» ему часто молюсь; как зайдет в комнату к нам нетрезвый, я на икону Николая Чудотворца просто смотрю и молюсь без слов. Глядишь, и уходит мирно. Бывает, даже в угаре скажет мне: «Иринка, ты не переставай молиться за меня». А мы ему тоже для смирения посланы. Он все хотел машину и квартиру вместо детей, а тут все наоборот вышло. (Смеется.)

ребенок Ирины Шариповой

- Вы всегда хотели много детей?

- По прогнозам врачей, детей у меня вообще не должно было быть. В 18 лет меня сбила машина: был перелом позвоночника, от сильного удара опустились внутренние органы, я полгода лежала парализованная. После этого врачи поставили крест на моем материнском будущем. С этой мыслью я и жила. Но у Господа все возможно! Вот Даша – третья. Я всех сама родила, несмотря ни на что.

- Но ведь в 30 лет уже на кесарево склоняют…

- Склоняли – не то слово. Ругали, отговаривали, занесли меня в группу риска, хотели брать пункцию околоплодных вод. Я отказалась от этой опасной процедуры – я своего ребенка любым любила бы. Беременность, конечно, тяжело выходила. У меня больное сердце, ходила с диагнозом – предынфарктная миокардия, со всех сторон только и слышала – сумасшедшая. Открылась язва во время беременности, закровоточила, опять прессовали, мол, надо срочно операцию делать, ни о каком ребенке и речи не может идти. А я приду из поликлиники и сразу к иконам, к святителю Николаю. Молюсь и чувствую, что все будет хорошо. Чувствую, что Господь со мной. Вот так моя язва и закрылась… Я по себе знаю: сделаешь один шаг к Господу, он – десять навстречу тебе! (Даша в знак согласия, причмокивает во сне). Вот, посмотри: все, что ты видишь вокруг – кроватка, коляска, одежда, игрушки – это люди добрые принесли. Кирюшку так всем миром подняли, а теперь Дашеньку.

- Но как же вы все-таки отвоевали право родить самой?

- Собрали целый консилиум с профессором во главе. Все постановили без меня и записали уже на операцию, да еще и стерилизацию, а я возьми, да откажись! (Ирина заливается смехом, вспоминая те нелегкие для нее дни.) Они, конечно, не пожалели красок, «предупреждая», что будет со мной и с ребенком. А я на Господа возложила все и чувствовала, что мне сил хватит. Увидев, что я непреклонна, врачи смирились. Родовая деятельность у меня была слабая, долго не могла разродиться, стимулировать себя не разрешила. Когда привезли меня в родзал, я перекрестилась и громко попросила: «Матушка моя, Богородице, помоги мне!» Я поняла, что женщине надо просто принять родовую боль, как должное. Как только примет, не будет закрываться и отталкивать ее, сразу легче станет. Как поймешь, что эта боль нужна, чтобы потом пришло огромное, ни с чем несравнимое счастье, так готова еще и не раз пойти на все. После родов к нам с Дашенькой подошел профессор, склонился и взял мою руку. Я подумала, что пульс хочет измерить. А он… поцеловал мне руку и сказал спасибо за то, что увидел в своей жизни настоящую женщину. Это меня очень смутило…

- Ирина, от кого вы унаследовали такую стойкость?

- Думаю, от бабушки, которая похоронила своего мужа на войне и больше замуж не вышла. А когда наши родители бросили нас с братом в 2 годика, забрала к себе и воспитала. Никогда я не чувствовала себя обделенной, бабушка любила меня и за маму, и за папу. Я в детстве очень болезненная была, каждый год ожидали, что умру, когда в 3 года перестала ходить – бабушка на ручках выносила. Любила нас с братом больше жизни. Даже потом, когда я уже поступила учиться, бабушка на каникулах меня обхаживала всегда, как маленькую, хотя сама уже совсем старенькая была. Могла голодать целый месяц, никому слова лишнего не скажет, чтобы не осудили, а провожает меня на учебу и незаметно деньги всунет – всю месячную пенсию…

-А к вере она вас привела?

- У нас в доме была икона Богородицы Казанской. И я с детства молилась украдкой. Душа просила, хотя понятия не было. Брат однажды выследил это и стал меня пугать, мол, расскажет бабушке, чем я занимаюсь. А бабушка меня поддержала. В 10 лет приснился мне удивительный сон. Будто стою я перед березой, а она мне говорит по-человечески: «Становись на мою веточку». Я стала, а ветка начала подниматься и подниматься. Так я очутилась на небе. Красота неописуемая, трели птиц, фонтаны, цветы такие, что словами нельзя передать их аромат. Стою, как завороженная, и вижу: приближается ко мне стройный, высокий, красивый мужчина (я еще не поняла, что это Господь) и спрашивает: «Нравится тебе, Ирочка, у нас?» Я говорю: «Откуда вы знаете, как меня зовут?» А он мне: «А я все знаю». Я ему говорю: «Мне очень у вас нравится». Господь раздвигает облака руками и продолжает: «А вот посмотри, где ты жила». Я посмотрела вниз и обмерла: «Чернь, вонь, люди топчут ногами друг друга». Я стала проситься остаться на небе. Господь позвал кого-то, и передо мной появилась очень красивая женщина и ласково сказала: «Хочешь остаться с нами, так оставайся!» И тогда я проснулась. А смысл сна я поняла уже в сознательном возрасте: остаться, устоять в вере православной, «не уйти на сторону далече».

- После этого понимания вы и пришли в сестричество?

- Я как-то пришла в храм вымаливать дочку старшую: она страдала от гипертонии, постоянно из школы скорая забирала в больницу. И тут подошла ко мне женщина, старшая наша сестра, и пригласила в сестричество. Храм наш в честь прп. Старцев Оптинских по бревнышку, по кирпичику возводила, наравне со строителями. Кирюшу в коляске поставлю, а сама за лопату. В дождь и в снег молились и трудились.

- Это была ваша основная работа?

- Нет. В юности я мечтала стать художницей и даже поступила учиться в художественное училище. Но случилось так, что бабушка моя сломала ключицу и ухаживать за ней, кроме меня, было некому. Поэтому я оставила учебу и вернулась в родную деревню (родом Ирина из Могилевской области). А потом уже поступила в Минск на диспетчера дорожного движения, потому что туда принимали иногородних. Училась на «отлично», поэтому по распределению осталась в Минске. Но из-за травмы пришлось искать другие работы: я их много сменила. И только теперь поняла, что мне с детьми надо работать – вот моя профессия. Это такая радость – быть при этих ангелочках, ухаживать за ними, дарить им ласку и внимание.

Ирина Шарипова с младшим ребенком

- Ирина, в вашей жизни было столько страданий. Как не ожесточиться, сохранить в душе мир?

- Без мира в душе жить невозможно. Самые несчастные люди – это те, кто копят обиды и злобу: они изнутри разъедают человека, как раковая опухоль. Надо заставлять себя прощать и любить даже того, кого ты не любишь. Вот у меня есть такой человек – моя соседка Майя. Пытаешься сделать шаг к человеку, а он тебе – удар в спину… Долго я мучилась, боролась со своей неприязнью, потом решила: попробую представить себе, что она – моя родная сестра. Ведь близких мы принимаем и любим безусловно – такими, какие они есть. И тогда я почувствовала, что стена рушится между нами. Сейчас дружим. На жизнь я не жалуюсь. Мне так радостно сейчас. Старшая моя, Вика скоро родит. Вчера приезжала, прижалась ко мне: «Мамочка, я так тебя люблю». Кирилл – мой помощник. Вчера гуляла с Дашенькой в колясочке, встретила знакомую, она спрашивает: «Внук или внучка?» А я ей: «Дочка!» Как сказала моя тетя: «Какая ты счастливая, Иринка! Вас – дружная, большая кучка!»

И тут теплый комочек закряхтел, зачмокал, и молодая мамочка с радостью бросилась его кормить… 


Беседовала Екатерина Шевелёва


обсудить на форуме
(Голосов: 8, Рейтинг: 3)
оцените статью

Не указан форум для отзывов.