О козлах

17.02.2014 16:00

Есть слово, которое я не выношу больше, чем мат, чем гламурный жаргон, чем сленг офисного планктона… Больше, чем "бренды" и "тренды", "фандрайзинги" и "краудфандинги", "драфт" с "драйвом" и даже больше, чем "хеджирование".

Это простое слово "козел", далее – К. Вот этому нелюбимому слову я и вынуждена посвятить колонку, поскольку популярность К. растет, как на дрожжах. О нем говорят так часто, что складывается впечатление, будто именно К. во множестве его ипостасей и есть герой  нашего времени.

Не имею ничего против употребления этого слова в первозданном значении – представителя подсемейства козьих, подотряда жвачных и отряда парнокопытных. Козел и есть козел, хоть оленем его назови – довольно крупный рогатый скот, трясущий бороденкой и смотрящий на нас белыми от злобы глазами. Сказать, что я милею к нему людскою лаской (как говорил поэт) – было бы неправдой. Но, с другой стороны, если козлов разводят – значит, это кому-нибудь нужно, сказал бы тот же поэт, если бы призадумался о козлах.

Козел в метро
Если козлов разводят – значит, это кому-нибудь нужно
В слове «козел» меня раздражает не прямой, а переносный смысл. Зародившись в уголовной среде, оно усвоилось массами и обросло многочисленными коннотациями: урод, придурок, мелкий пакостник. Недавно появилась даже книга социофилософа Джеймса Аарона, где козлиный типаж (asshole) характеризуется как человек, про которого не очень понятно, гад он или дурак: и того, и того вдосталь. Но слово развивались дальше и, в конце концов, намертво приклеилось к мужчине как таковому. Обиходная параллель, "бабы – стервы, мужики – козлы".

Итак, кто таков К. в обиходном мышлении? Ходок, гуляка, изменщик – тут уж женщины, и мужчины вкладывают в него примерно одинаковое содержание. Содержание – одно, а вот отношение разное.

женщины за чаем Единство мнений придает дополнительный смысл беседе и вкус чаю Если женщина за чашкой чая говорит подружке "ну, ты моего знаешь, он же К.", а подружка, сочувственно кивает: "все они К." –  это лишь констатация несправедливости мироздания в целом и сложившегося гендерного баланса в частности. Так уж устроено в нашей галактике: я ему – всю жизнь, а он, К. такой, не ценит, строит глазки секретарше, приятельнице, девушке в очереди за мороженым. А может, не просто глазки. И не просто строит. Потом рассказчицы меняются местами, но суть остается непоколебима. Единство мнений придает дополнительный смысл беседе и вкус – чаю.

Здесь речь о собственных, хорошо знакомых и даже в чем-то взаимозаменяемых К. с их привычными особенностями психики и ритуального поведения. Приветствуются эпитеты "неблагодарный" и "облезлый", а также риторическое восклицание "ну, чем, чем я ее хуже?". Есть в этом что-то вековечное, печально-мудрое материнское: мол, мужчина до седых волос – дитя, так к нему и надо относиться, сама дура, поверила... Кстати, в качестве бинарной пары антитеза "козел – стерва" не срабатывает. Работает оппозиция "козел – дура". Если Она – стерва, то Он  – баран.

В беседе подружек козел предстоит сравнительно безобидным существом, на время отбившимся от стада и возомнившим, что он не просто К, но горный К.  Наивным и даже отчасти милым.

Милый козел
Такого можно простить. Такого трудно не простить
Это никак не мачо, скорее, безвольное, нелепое и трогательное существо. Как это у Довлатова: «И за что тебя бабы любят? Вечно без денег, вечно с похмелья…» Такого можно простить. Такого трудно не простить.  И она прощает. Все прощает – и исправно свистящие в его телефоне эсэмэски, и свои тайные рыдания в малогабаритной ванной, и капанье вредного корвалола в хрустальную рюмочку, и унизительные сравнения себя с соперницей, и вечное вранье «папанаработе»… А как не простишь? Он, бедолага, и сам страдает. Не спит ночами. Худеет. Много курит в форточку. Пытается успеть и там, и сям – и потому попадает впросак и сям, и там. Его элементарно жалко, свое же, родное… И потом, нет ничего более умилительного, чем раскаявшийся К. Разумеется, если это в первый раз. А во  второй – что ж, уже есть опыт. Перетерпим. На худой случай опять попьем чайку с подругой. И просроченный корвалол – на тот же случай – стоит в аптечке.

Страдающий козел
Он, бедолага, и сам страдает
В горячих семейных стычках употребить слово «козел» невозможно. «Ты мне жизнь поломал… Ты из меня все жилы вытянул… Ты всю душу выел … » Посудите сами: разве сюда просится «козел»? Сюда просится другое – гад, подлец, сволочь, словом, тот, кто вынимает душу и не трудится положить ее обратно. Так что если женщина кричит мужчине «козел!» – то это говорит не о нем – о ней.

О нем говорит другое. Вернее, говорит он сам в тот миг, когда впервые называет себя козлом: мол, все мужики – козлы, и я среди них. Казалось бы, фраза зеркально отражает разговор подружек, ан нет… На деле мужчина искренне, по-детски, радуется тому, что и он наконец-то влился в стройные ряды К. и тем самым стал настоящим … ну, вы поняли. Будто из гамма или омега-самцов чудодейственным способом перешел в разряд альфа. Как если б его, третьеклашку, позвали поиграть в футбол с корифеями – Сережкой, Колькой и Санькой из шестого «Б».

Забавная деталь: истинный, природный козел вряд ли идентифицирует себя с этим животным. Козлиный менталитет (К-менталитет) неосознан. Для «горного К.» его козлиность нефиксируема, поскольку неотъемлема от него так же, как цвет глаз. На вопрос, почему, мол, ты женился семь раз, он с застенчиво-плутоватой улыбкой скажет: «Просто мне не повезло…».  Он, рожденный победителем, может позволить себе роскошь побыть лузером. А вот фраза «все мы, мужики, – козлы» звучит не победительно, да и не слишком убедительно. Она убеждает лишь женщину – ту, которую и без того не надо ни в чем убеждать. Ту, которая пьет горький чай с подругой... Это я к тому, что формула «все мы козлы» не так уж много говорит о человеке, ее произнесшем. Разве что одно: ему стыдно, но очень приятно, и потому стыдом на время можно пренебречь. Такой К. – не дурак и не подлец. Он умней первого и категорически не дотягивает до второго. Он, в общем, порядочный человек. Типа прелестного Бузыкина из нетленного «Осеннего марафона». Об этом проницательно говорит тот же Аарон: дескать, все люди подчас ведут себя, как козлы, но лишь козел всегда поступает, как козел.

Так что погоди капать корвалол, милая. Дай мне расслабиться, почувствовать себя не гамма и даже не бета – альфа. А потом я устыжусь, куда денусь…

настоящий козел
Все люди подчас ведут себя, как козлы, но лишь козел всегда поступает, как козел
Насторожить должна другая фраза, которая возникает спустя некоторое время: «Эх, козел я, козел… А женщины страдают». Эта фраза лучится сочувствием – и в то же время отсвечивает плохо скрытой радостью: ай да я, ай да К.! Я страдаю из-за того, что женщины страдают из-за меня. И этого общего страдания я не отдам не за какие коврижки. Распространенные уточнения: «Отказывать женщине? Это не по-мужски». Или «Ну, привязываешься к ним…» (к ним – это к нам, коллежанки по гендерной участи). Или: «Они все мне дороги, каждая по-своему». Формулировок много, но они довольно однообразны. Вот эти я позаимствовала сразу у трех знакомых: слава Богу, такие К. (назовем их «невинными К.») по совместительству могут быть  хорошими друзьями и замечательными коллегами. Констатация «эх-козел-я-козел» опасна лишь для жены, невесты, подруги – словом, для любящей женщины. Для нее это лакмус. Маркер перехода к другому рангу «К-самосознания». Знак, что вот-вот начнется следующий его виток. Этот виток обозначается следующей фразой: «Детка, ну что с меня, с козла, возьмешь»… Пошлое словцо «детка» можно и не произносить, оно молчаливо предполагается. Ключевое тут – что не возьмешь. Как от козла молока.

И здесь на помощь снова приходит профессор Аарон, дефинировавший и классифицировавший козлов. Итак, козел, по Аарону, – это человек, позволяющий себе пользоваться особыми преимуществами в общении с другим. Он свято убежден, что обладает на это правом просто в силу того, что родился на свет. Остальные созданы лишь для того, чтоб оттенять величие козла – и кормить своими эмоциями его ненасытное эго. Звенья в козлиной пищевой цепочке…

Вот потому-то с него ничего не взять. Да и надо ли? И гендерные отношения тут не при чем. Этот козел может быть образцовым семьянином. А может – и женщиной (не путать с «овцами» и «козами»).

Бабы козлы
Этот козел может быть образцовым семьянином. А может – и женщиной
Козлов всех сортов, полов и окрасов роднит убеждение в своем праве скакать по человечьим хребтам просто потому, что так в данный момент захотелось его резвым копытцам.  Цокать по головам тех, кого угораздило оказаться внизу – а зачем они иначе там, внизу, стоят…  Козлы – это те, кто всегда в своем праве: от парковки до постели, от кресла в президиуме до места на пляже, от политической партии до парковой скамейки, на которой сидят исключительно с ногами. А также с рогами и копытами.

Козел
Козлов всех сортов, полов и окрасов роднит убеждение в своем праве скакать по человечьим хребтам
Когда вы слышите популярную максиму: «Никто никому ничего не должен», – это блеет козел. Когда вам, похохатывая, говорят: «Я хозяин своего слова: хочу – даю, хочу – беру обратно» – это он, он самый. Когда рефреном произносит: «А мне параллельно» – то вам повезло иметь дело именно с этим образчиком животного мира. Ну да, и конечно: «Детка, что с меня, козла, возьмешь…».

Когда вы видите выпученные, бешеные от любви к себе глаза – так и знайте, к вам в гости нагрянул К., герой нашего времени, для распространения которого наша культура сделала все возможное и невозможное. Стихийное бедствие, дракон, минотавр? Что вы! На деле он и вправду… тот, кем является на самом деле – представитель подсемейства козьих, подотряда жвачных и отряда парнокопытных, который так и не удосужился стать человеком. И реагировать на него надо именно так, как смотришь на обычную шерстисто-белоглазо-рогатую животину, встретившееся на проселочной дороге. Обойти или обломать рога – во всех смыслах этого слова. Приручить – не выйдет. Да и не сильно-то хочется. На редкость противный зверь.

А потому не будем зря оскорблять тех, кто строит глазки секретарше. Даже если не просто глазки. И не просто строит. Никакие они не козлы. Возможно, они пока на распутье. Потому предлагаю: давайте придумаем им другое название. Например, сурикат. А что? И звучит хорошо, и выглядит симпатично.

Сурикат
Сурикат - хищное животное семейства мангустовых

обсудить на форуме
(Голосов: 7, Рейтинг: 5)
оцените статью